Спасен, чтобы служить

Геннадий Никитин родился в Набережных челнах. Господь нашел его, когда он находился еще в тюрьме. С тех пор Геннадий старается рассказывать другим о Боге и помогать им делать первые шаги в этом направлении.
О том, как он обратился и как был создан реабилитационный центр Геннадий рассказывает специально для читателей журнала.

При моем обращении к Богу мне не нужно было доказывать, что я грешник, я это знал. Но меня сразило именно то, что Бог-то, оказывается, меня любит. Несколько лет до этого никогда не плакал, был довольно жестоким, а в тот момент плакал всю ночь, когда узнал, что даже такого меня Бог любит. А обратился к Богу я в тюрьме, где отбывал срок заключения. Я не участвовал в преступлениях, а проходил по делу как их технический организатор. Преступления эти были связаны с нарушением режима границ, с контрабандой и захватом заложников – 148 человек. Мне дали самый маленький срок, какой только можно дать за эти преступления, хотя по делу я проходил как организатор. Я получил 3 года усиленного режима, меня отправили в колонию. Через 6 месяцев я убежал, взяв с собой подельщиков, бойцовских ребят, служивших в Афганистане. Все складывалось для нас удачно, на третьи сутки мы были в Ялте, хотя бежали издалека. В то время была война в Азербайджане и Армении, и мы оказались и там. Нас здорово побросало, но на тот момент я уже устал от того, что творилось в моей жизни. Не знал, почему это происходит, но сейчас я понимаю, что это Господь действовал. Но тогда я удивлялся, от чего это вдруг я так приуныл, все вроде шло хорошо. А на самом деле у меня возникали такие мысли: может бросить все и уйти в монастырь. Потом думаю: какой монастырь, я в бегах. Мне было очень сложно. В тот момент я чуть не совершил преступление, которое было связано с убийством. Меня арестовали, завели в камеру, и когда дверь за мной захлопнулась, и я увидел уголовников, сидящих там, то с искренним сердцем сказал: «Слава Богу!» Слава Богу, что меня посадили опять. С этого момента во мне начало что-то меняться. Я стал искать верующих, спрашивал у людей, но никто ничего не знал. Мне прислали адвоката, через него я просил, чтобы мне передали Библию. Слово баптист я вообще не понимал и не думал, что это верующие. Считал, что это что-то запрещенное, вроде панков.
На суде мне опять дали очень маленький срок. Но в то время меня это мало волновало, я сидел и думал, принесли мне “Новый Завет” или не принесли? И вот суд подходит к концу, я уже начал волноваться. И тут начальник караула достает какую-то книгу, я весь потянулся к нему, прошу: “Дай мне ее”. А он подумал, что там что-нибудь спрятано, начал ее листать. Ничего не найдя, отдает мне. Придя в камеру, я сразу начал его читать. Я и раньше пробовал читать “Новый Завет”, но ничего не понимал, а тут меня как прорвало, все так ясно открылось! В один момент я узнал, что Бог меня любит! Читал всю ночь, плакал и смеялся, прыгал до потолка от счастья. Мне было хорошо в этой грязной камере без окон, я ничего не замечал. Почувствовал себя самым счастливым человеком на свете. За короткое время, даже сам не заметил, как перестал материться, стал другим человеком.
Когда меня привезли в тюрьму, люди, знавшие меня раньше, не могли понять, что со мной случилось. Сразу пошел слух, что, мол, “крыша поехала у миллионера”. Там же, в колонии, я познакомился с баптистами, они только начали посещать заключенных. Начал переписываться со многим миссиями, мне присылали литературу. Организовал церковную библиотеку.
Как христианин я сформировался в основном там, в тюрьме.
Хоть я уже давно освободился, но продолжаю работать с заключенными и в той тюрьме, где сам сидел, и в других. В Татарстане мы работаем в нескольких колониях. Есть хорошие результаты.
В течение нескольких лет, работая в тюрьмах с заключенными, мы пришли к выводу, что этого мало. Чтобы работа была успешной, мы должны делать еще что-то на свободе, что поможет им адаптироваться в жизни, поможет быть христианами.
Так появилась идея о создании реабилитационного центра. Но мы не знали, как это осуществить. Тогда стали молиться и Господь нам ответил довольно быстро. Мы получили помещение, купили необходимую мебель и уже тогда могли принимать людей, буквально 12-15 человек, освобождающихся из тюрем. В основном к нам приходят люди из тех колоний, в которых мы работаем. Некоторые из них были лидерами в колониях, там они занимались распространением христианской литературы, проводили свои собрания. Когда они освобождаются, приходят к нам, и мы пытаемся помочь решить их проблемы: это проблемы жилья, работы и так далее.
Когда мы еще не имели реабилитационного центра, то принимали этих людей у себя дома. Было много разных случаев. Вот один из них. Человек, которого мы приняли, пришел домой пьяный. В то время не было никого из мужчин, а семья у нас большая: 11 человек, в основном дети. Он схватил нож, начал кричать, хотя ни на кого не кидался, но угрожал. Женщины и дети в страхе молились. Потом он перерезал себе вены.
Были и другие сложные ситуации.
При знакомстве с бывшими заключенными я открываю нагорную проповедь с 5 главы и читаю два стиха, в которых Господь говорит, что когда ты еще на пути с соперником твоим в суд, то мирись с ним, пока он не отдал тебя судье, а судья не отдал тебя слуге и тот не ввергнул бы тебя в темницу, потому что не выйдешь, пока не отдашь последней монеты. Объясняя людям, я привожу очень близкий для них пример. Все, кто сидел в тюрьме когда-то, знают, что существует такая практика, когда человека вдруг арестовывают за какое-то преступление, потом заводится уголовное дело и его отпускают под подписку о невыезде. И если этот человек умный и мыслит логически, он предпринимает все действия, чтобы “замазать” это дело, то есть чтобы дело не дошло до суда. А если дойдет, чтоб каким-то образом смягчить ответственность. Человек обращается к адвокатам, к судье, к знакомым прокурорам, а главное – к самому потерпевшему. Старается решить это дело. Рассказываю заключенным, что вся наша земная жизнь – это путь на суд с нашим обвинителем. И предлагаю человеку вспомнить коридор, по которому он шел в зал суда. Коридоры бывают длинные и короткие, и никто не знает, сколько он проживет, но все мы дойдем до двери в зал суда. И если человек правильно мыслит, он должен понимать, что нужно еще здесь “замазать” дело. Я им так и говорю, на их языке, что у них есть шанс “замазать” свое дело кровью Христа. И тогда уже я начинаю рассказывать им о Христе, о Его любви к ним.
Реабилитационный центр существует уже три года. Сразу же у нас появилось около 10 человек, которые освободились, из наших верующих. Иногда мы принимаем людей, которых не знаем, но у которых есть рекомендация.
На первых порах мы пытаемся создать для бывших заключенных такие условия, которые помогли бы им быстрее адаптироваться на свободе. Для многих это очень трудно. Они привыкли к тюремному режиму, что их оденут, накормят, отведут на работу. По-другому не могут. Не все, конечно, но есть люди, которые провели там большую часть своей жизни и по-другому они не могут. Для таких людей нужно создать “мост адаптации” на свободу. И поэтому у нас режимное учреждение, есть дисциплина и свод определенных правил. Когда приходит новый человек, мы его знакомим с правилами, он заполняет анкету, пишет свою биографию, мы его фотографируем, задаем несколько вопросов, которые касаются его личной жизни. Пытаемся выяснить, что он ждет от пребывания в центре, его отношение с Богом, к чему он стремится в жизни и др. И он должен еще подписаться под правилами. Мы стараемся свести к минимуму возможность появления разных проблем. Наши правила не являются раз и навсегда установленными. На опыте видим, если правило не подходит, мы его сразу же меняем или вводим какое-то дополнение, чтобы людям было легче. В обязательном порядке бывшие заключенные должны посещать все собрания, разборы, у них есть час молитвы.
Одной из серьезных проблем для бывших заключенных является то, что у них нет прописки, а следовательно, нет и работы. Каким образом мы это решаем? Я сам работаю на стройке “шабашником” и беру их с собой. Они учатся, потом могут работать самостоятельно. Со временем люди уходят из центра. Как-то решают свои проблемы: кто женится, кто уезжает домой, есть даже такие, у которых есть где жить, но они хотят остаться в центре.
В финансовом плане наш центр живет, можно сказать, чудесами Божьими. Бывает так, что нет денег, и я не знаю, что будет завтра. Мы молимся, и Господь не оставлял своей милостью. Мы получали деньги с той стороны, откуда даже и не ждали. Но у нас нет определенного человека, который бы постоянно финансировал наш центр. Еще деньги мы зарабатываем сами. Какая-то часть из их зарплаты идет на погашение их же проблем. В данный момент я имею планы по открытию своего производства. Я сам могу делать разные столярные изделия, но все упирается в оборудование, и сейчас мы молимся за это. Если нам удастся создать это производство, многие проблемы будут решены.
За три года через наш центр прошло несколько десятков человек. Центр зарегистрирован официально, есть устав.
Государство тоже обращает на нас внимание. К нам постоянно присылали милицию. Могли всех арестовать — на следующее утро выпустить. Нас называли “бандитской ячейкой”. Сложностей хватало, сейчас вроде успокоились. У меня на каждого есть личное дело, пришлось вести журнал: кто, когда и куда уходит и когда возвращается. И в случае чего я сразу же предоставляю все документы милиции.
При работе в тюрьме главным разочарованием является то, что примерно половина этих людей теряется. Кто-то опять совершает преступление, кто-то просто теряется.
Людям, которые освобождаются из тюрьмы и хоть что-то слышавшим о Боге, я хотел бы посоветовать, чтобы они не надеялись на людей, и не ждали от них помощи. Если Бог не поможет, то никто уже не сможет помочь. Нужно понять, что Бог есть живой Бог и все в Его власти. Самое главное, что им нужно – это иметь надежду на Господа.