Подражайте мамам, как они Христу

Очень трудно написать воспоминания о своей маме.

Прикосновение к дорогому человеку даже в памяти приносит боль до слез. Боль, что ее уже нет рядом. Стыд за непослушание в детстве, юности. Сожаление, что так мало ценили, когда мама еще была на этой земле. И радостное желание скорого пришествия Христа и встречи на небесах. В одном детском саду к празднику 8 марта решили сделать стенд с фотографиями мам. Но у Танечкиной мамы не было фотографий, так как лицо ее было обезображено болезнью.

На людях она старалась ходить в платке, прикрывающем ее ужасное лицо. Но накануне праздника Таня все-таки принесла в сад маленькую паспортную фотокарточку своей мамы и приклеила ее внизу стенда. Дети столпились у стенда, и одна девочка, ткнув пальчиком в фотографию своей мамы, сказала: «Моя мама самая красивая». Мальчик возразил: «Нет, моя мама самая красивая». И все дети стали спорить и доказывать, что их мамы самые красивые. И вдруг одна девочка, чтобы разрешить спор, громко предложила: «Пусть Таня скажет, чья мама самая красивая». Но Таня, не задумываясь ни на секунду, радостно ткнула пальчиком в крошечную фотографию и громко сказала: «Моя мама самая красивая».

Чудесно, что и в христианских семьях каждая из наших мам — самая светлая, добрая, кроткая, терпеливая, благочестивая. Наша мама одна из многих. Она умерла 6 октября 1976 года, на 67-м году жизни. Папа, который, как и мама, родился в 1910 году, ушел к Господу спустя 14 лет, в 1990 году. Он не женился второй раз. Ежегодно в годовщину смерти он писал воспоминания о маме в стихотворной форме. У нас, детей, есть эти 14 стихотворений. Вот выдержка из одного из них:

В смиренье жила ты всегда и везде И славы мирской не искала нигде. Твоим украшеньем была простота И жизнь по ученью Иисуса Христа. Ты жизнью вещала другим о Христе, Детей воспитала в любви, чистоте.

Немало примеров в житейской борьбе Оставила в память ты нам о себе. Тебя вспоминают все дети не раз: «А помнишь, как мама учила всех нас?»

Пред Богом склонившись в смиренье души, За деток и мужа молилась в тиши.

Врач местной больницы Черник после смерти мамы сказал, что жизнь Варвары Кирилловны — свидетельство, что есть Бог и есть настоящие христиане. А по человеческим меркам, жизнь мамы была трудной, невыносимо тяжкой.

Наша мама Варя родилась в 1910 году в деревне Большой Рудец Кобринского района. Точной даты ее рождения мы не знаем. Мама пережила шесть войн: в 1915 году — первую мировую, затем — революцию 1917 года, гражданскую войну, войну 1919 года с Польшей, войну 1939 года, вторую мировую войну 1941-1945 года.

Когда в 1915 году фронт с немецкой армией приблизился к Беларуси, население было насильно эвакуировано вглубь царской России. Мама и вся ее семья стали беженцами, кажется, в Рязанской губернии. Там, на чужбине, они пережили ужасы революции 1917 года, братоубийственную гражданскую войну, разруху и голод. И зимой 1919 года в числе многих семей в товарных вагонах поехали обратно в Беларусь. Этот тернистый путь продолжался около двух месяцев. В холоде и голоде, в болезнях и смерти многих беженцев к весне доехали до Лунинца. А там — фронт. Война с Польшей. Проживание в бараках, эпидемия тифа, нелегальный проезд на телегах через линию фронта к своим заброшенным домам… Так семьи оказались на своей земле, но в другой стране — в Польше, в составе которой была вся Западная Беларусь до 1939 года. Мама с папой вспоминали эти 20 лет в составе Польши, как самые благословенные для семьи и церкви. Была свобода труда, а главное — свобода веры, свидетельства о Христе. Наши братья и сестры, приняв верою Иисуса Христа, старались быть свидетелями о Господе среди своих односельчан.

В 1932 году, когда маме было 22 года, она вышла замуж за односельчанина Фирисюка Ивана Александровича. А в 1936 году они с папой приняли Иисуса Христа и в июне того же года заключили завет с Господом, приняли крещение. На момент крещения у родителей уже были трехлетний сынок Павел и дочь Надя, а через месяц после крещения родился я. Мне дали имя в честь дедушки — Александр. Мама мне не раз с радостью говорила, что она принимала крещение вместе со мной во чреве. Всего у мамы с папой родилось десять деток: четыре мальчика и шесть девочек. Сегодня у мамы 22 внука и 30 правнуков. Кого-то из этого наследия уже нет в живых на земле. Но ведь у Господа все живы. И наше постоянное жительство в будущем на небесах.

С приходом советской власти в 1939 году верующих ожидали новые испытания и скорби. Начались аресты служителей. Трагедию гонений на церковь остановила трагедия всего народа.

22 июня 1941 года началась долгая тяжкая война с фашистской Германией. В этих скорбях многие люди каялись и приходили в церковь. Но стали организовываться партизанские отряды. И партизаны разрушили Молитвенный дом нашей церкви в Онисковичах, верующие стали собираться по домам. А в 1943 году партизаны всю деревню угнали в лес, и мы стали жить в землянках. Немцы же сожгли нашу деревню дотла, не осталось ни одной уцелевшей хаты.

Зимой, 19 января, на праздник Крещения, немцы выследили нас в лесу, в землянках, окружили и погнали на расстрел. И семьи верующих в окружении врагов упали с детьми на колени и стали просить у Бога милости. И все люди, в том числе неверующие, стояли на коленях и вопияли к Богу. Господь смягчил сердце немецких солдат, и они всех пощадили, только мужчин, в том числе нашего папу, взяли под двухмесячный арест. Мама же зимой погрузила нас, шестерых детей, на телегу и повезла в дальнюю деревню к родственникам. Ночью в лесу мы заблудились, и только утром партизанский патруль на лошади показал нам дорогу к деревне. Он посмотрел на голодных, замерзающих на телеге детей и сказал: «Боже, Боже, почему на земле этой и дети должны страдать?»

После этой морозной ночи трое младших деток — Васька, Дуся и Вера — заболели и умерли. Остались в живых только старшие: Павел, Надя и я. Хотя я тоже сильно заболел и много времени беспрерывно, надрывно кашлял. Однажды услышал, как папа сказал маме: «Видно, и Шурку (это я) Господь заберет к себе». Но Бог оставил меня на этой земле, и вот уже 70 лет я стараюсь служить нашему Господу, Его церкви и своей семье. После этого наша семья два года жила в домах различных родственников. За эти два года папа без средств, с большими трудностями, как и все односельчане, построил новый дом, вместо сгоревшего, в котором мы и выросли.

После войны у мамы родилось еще четверо детей: Дуся, Оля, Вера и Петр. Маму больше всего радовало в жизни, что все семеро ее детей заключили завет с Господом и стали детьми Божьими. А скольких материнских молитв это стоило?!

В 1947 году, когда пресвитер нашей Совплинской церкви ЕХБ Ячник Павел Маркович находился в сталинском ГУЛАГе за веру в Господа, пресвитером церкви избрали нашего папу. И к трудностям коллективизации и принудительного, неоплачиваемого труда в колхозах, в которых оказалось все население, прибавились скорби гонений на церкви и верующих.

Нашей семье не давали сенокоса, обрезали 15 соток земли, не разрешали сажать картофель даже в огороде. Я помню, как однажды поздней осенью какие-то инспекторы приехали к нам во двор, раскопали ямы с картошкой, заготовленной на зиму, и стали забирать ее всю под предлогом каких-то налогов.

Мама упала перед начальником на колени и говорит: «Помилуйте, оставьте картошку, у меня же семеро деток, они же голодать будут». Но инспектор с размаху ударил сапогом маму в грудь, выругался грязным матом и приказал забрать все до последней картошины. И мама поняла: без веры в Бога у человека нет ни милосердия, ни совести. Бог и этой зимой не оставил нас без пропитания. Верующие соседи узнали об этой жестокости и стали приносить нам картошку: кто — ведро, кто — мешок. Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут.

Но жизнь со Христом — это и радость, и счастье. И я помню радостные глаза мамы в минуты семейных общений, особенно в долгие зимние вечера, вечера христианских праздников, рождественских постановок и стихотворений, вечера христианских песен. Я помню радость мамы и ее поздравления, когда мы становились детьми Божьими, когда создавали христианские семьи, когда рождались внуки и она учила их молиться.

В 1976 году мама тяжко заболела. За несколько месяцев до смерти мы, дети, посетили ее в болезни. Вспомнили мамину жертвенную жизнь, ее трудолюбие. Она всегда вставала раньше нас, а ложилась позже. За всю жизнь не имела ни одного месяца отдыха. И мы сказали: «Мама, ты прости нас, что мы мало помогали тебе в трудах, иногда были непослушны, а ты так тяжко всю жизнь трудилась ради нас, потеряла здоровье».

А мама сказала: «Детки, когда Господь давал мне силы, труд для меня был радостью, а не бременем. И я благодарю Бога за все, за всю жизнь, за всех вас, что вы с Господом, что служите Ему». Мама любила христианские песни. Ее любимый псалом:

О, образ совершенный Любви и чистоты! Спаситель, Царь смиренный, Пример мой вечный Ты. На лик в венце терновом Хочу душой взирать, Хочу делами, словом Тебе лишь подражать.

Апостол Павел в 1 Кор. 4:16 умоляет нас: «Подражайте мне, как я Христу». Мы, дети, стараемся подражать нашей маме, как она Христу. Стремимся, не достигнем ли мы, как достиг нас Христос.

Дорогие братья и сестры, дорогая наша молодежь! Помните жизнь своих бабушек и дедушек, своих матерей и отцов.

Подражайте их вере, любви, смирению, долготерпению, великому приобретению быть благочестивыми и довольными. Живите так, чтобы нашим мамам не было стыдно и больно за нас. Они любят нас. Они ждут нас в Царстве Небесном. //

Family Firisyk