Марфа и Мария

Человек неисправимо религиозен. Он хочет поклоняться кому-нибудь или чему-нибудь. Он обожествляет камень, солнце, черного кота, любимого артиста, стоящую у стены лестницу, стремится заполнить пустоту славой, деньгами, вином, музыкой… Но полное удовлетворение можно найти только в Боге. И эту радость пребывания в Нем, радость общения с Ним испытала Мария. Больше ей уже ничего не нужно. Все, что происходит вокруг, не имеет значения, если рядом Христос. Вспомним детали истории, записанной в Евангелии от Луки (10:38-42). У Марфы в доме 13 или 14 мужчин (считая Лазаря). Сам Учитель почтил ее жилище своим присутствием. Как опытная хозяйка, Марфа уже продумала детали ужина. У нее длинный список: мясное, салаты, сладкое, напитки… Петру нравится одно блюдо, Иуде — другое, всем угодить. Если гости не наедятся как следует, подруги обвинят ее — старшую сестру. Ведь Христос с учениками пришел именно к ней в гости. Написано, что «Марфа приняла его в дом свой» (не в дом Марии или Лазаря).

Марфа не успевает и начинает раздражаться. Время поджимает, напряжение нарастает и выплескивается наружу. Марфа жалуется Учителю (наверное, не уверена, что Мария ее послушает): «Господи! Или Тебе нужды нет, что сестра моя одну меня оставила служить? (Заметьте, не работать, не готовить, не кормить, а служить, греч. «диаконео».) Скажи ей, чтобы помогла мне». Форма вопроса в оригинальном тексте предполагает положительный ответ. Марфа надеялась, что Учитель поддержит ее. Однако Христос, вместо того чтобы ободрить Марфу, довольно резко обличает ее: «Марфа! Марфа! Ты заботишься и суетишься о многом, а одно только нужно; Мария же избрала благую часть, которая не отнимется у нее». Не думаю, что ученики поняли Учителя. Может быть, Андрей и Филипп даже огорчились: «Да, сегодня хорошего ужина не видать». Но Христос не оставляет других вариантов. При всем богатстве выбора другой альтернативы нет.

Смущение учеников и огорчение Марфы передаются нам. Мы пытаемся смягчить тон Учителя. Да, Мария избрала благую часть, но и труд Марфы важен (продолжайте готовить, дорогие сестры). Мы боимся, что Марфы вдруг изберут блаженство общения с Господом и братья останутся без обеда. Мы говорим, что Марфе нужно было просто уделять угощению меньше внимания. По мнению некоторых комментаторов, «одно только нужно» значит, что можно обойтись всего лишь одним блюдом, а Марфа готовит пир (продолжайте накрывать на стол, дорогие сестры).

Но Христос обращает внимание на Марию, как на пример для подражания, не выражая ни капли сочувствия уставшей Марфе. Дело не в количестве блюд, а в том, где ты сейчас. «Мария избрала благую часть». Мария знала, что времени для общения с Иисусом осталось мало. Она выполнила свою часть работы на кухне (потому Марфа говорит: «оставила меня») и села у Его ног. Скоро Иисус уйдет, и больше такой прекрасной возможности не будет. Надо дорожить каждой минутой общения с Ним.

Интересно вспомнить еще один эпизод с Марией и Марфой. Та же ситуация: «Там приготовили Ему вечерю, и Марфа служила, и Лазарь был одним из возлежавших с Ним. Мария же, взяв фунт нардового чистого драгоценного мира, помазала ноги Иисуса и отерла волосами своими ноги Его; и дом наполнился благоуханием от мира» (Иоан. 12:2-3).

Снова Марфа служит (т. е. готовит ужин и подает на стол, но уже не жалуется), а Мария на своем месте — у ног Христа. Она познала радость пребывания с Иисусом. Просто открыть сердце, просто слушать, просто слышать Его голос — что может быть прекраснее, что может быть дороже?

Чувство голода, однако, заставляет нас задуматься об ужине. Что будет, если и Марфа присоединится к Марии? Как совместить заботу о теле с заботой о душе? Чему на самом деле учит нас эта история?

Первый урок. Вопрос не в том, чтобы противопоставлять друг другу дело Марфы и Марии. Вопрос в том, что в жизни важнее, в том, с чего мы начинаем, с Бога или с ближнего.

Важно проповедовать Евангелие заблудшим и проявлять качества милосердного самарянина, помогая тем, кто в нужде. Но прежде нужно провести время с Ним и научиться у Него. Тогда мы получим гармоничного христианина: руки Марфы и сердце Марии, как говорил Джон Весли. Но пребывание с Ним — на первом месте. Что мы делаем со Христом намного важнее того, что мы делаем для Христа. Потому что, говорит Христос, «без Меня не можете делать ничего» (Иоан. 15:5). Сначала — Иисус, потом — ближние, а потом — мы сами. Второй урок. У нас должны быть минуты тишины, общения с Богом.

Мы слишком много суетимся. Шум, спешка и толпа — троица нашего существования. Включенные радио, магнитофон или телевизор создают фон. Телефоны не позволяют расслабиться: домашний — дома, рабочий — на работе, мобильный — везде. Жизнь проходит в высоком темпе, и все равно мы не успеваем. В одной христианской газете была напечатана притча о новом появлении Христа на земле в теле. Взволнованный человек прибегает в церковный офис и сообщает: «Только что видел на пороге Христа. Что делать?» — «Быстро все за работу», — командует пастор. Это отражение понятия: «занятость равна духовности».

Бедуины полагают, что душа передвигается со скоростью верблюда и человек должен время от времени останавливаться, чтобы она догнала его. Но в условиях цивилизации у людей нет времени, потому человек вынужден вести бездушное существование.

Не может быть нормальной духовной жизни, если мы каждый день не проводим время у Его ног, позволяя Ему говорить и высказывая свои нужды. В противном случае мы скоро уподобимся Марфе: занятость, работа, труд, но без благословения, без успеха. Обед должен быть готов до прихода Христа, а она не успевает. Потом, Mарфа забывает о своей обязанности «развлекать» гостей, быть с ними. Ведь, даже с точки зрения здравого смысла, неприлично, принимая гостей, оставлять их одних. Гостей надо не только кормить, но и общаться с ними.

Если бы мы больше внимания уделяли главному, тогда легче было бы все успеть. Псалмопевец говорит, что тот, кто размышляет о Его законе день и ночь, успеет сделать все. Конечно, мы изучаем законы менеджмента, лидерства, знаем, что нужно планировать, определять приоритеты, делегировать полномочия, делать сначала важные дела, но потом получается, что вместо одного важного дела появляется три. А вот, если помолишься, почитаешь Библию, и все другое быстрее можно сделать.

Третий урок. У нас должно быть влечение к Богу, желание пребывать у Его ног. Давид говорит: «Одного просил я у Господа, того только ищу, чтобы пребывать мне в доме Господнем во все дни жизни моей, созерцать красоту Господню и посещать храм Его» (Пс. 26:4).

Когда мы читаем псалмы, наверное, нам не до конца понятно сильное стремление псалмопевца к Богу. «Как лань желает к потокам воды, так желает душа моя к Тебе, Боже! Жаждет душа моя к Богу крепкому, живому: когда приду и явлюсь пред лицо Божие! (Пс. 41:2-3). «Боже! Ты Бог мой, Тебя от ранней зари ищу я; Тебя жаждет душа моя, по Тебе томится плоть моя в земле пустой, иссохшей и безводной» (Пс. 62:2).

О таком желании к Богу свидетельствуют многие новообращенные: «Я начинал свою христианскую жизнь с подобного рода желанием. Когда мне было 17 лет и я покаялся, помню, как не ложился спать до тех пор, пока все в доме не уснут, чтобы поговорить с Богом наедине. Я помню, как бежал к почтовому ящику, чтобы получить очередные стихи для запоминания от христианской молодежной организации, и потом до трех или четырех часов утра учил их и размышлял над их смыслом. Никто не заставлял меня делать это. Я делал это, потому что жаждал Бога».

Кто-то скажет, что в начале нашего хождения с Богом вполне нормально иметь страстное желание к Иисусу, но через некоторое время эта страсть замещается более сильным чувством дисциплины и обязанности, что тоже нормально. Но этому ли учит Библия? Разве чувства апостола Павла и его желание разрешиться и быть со Христом со временем потеряли свою страстность и пылкость? Разве с возрастом только самодисциплина и страх перед вечным наказанием заставляют нас читать Библию, молиться и свидетельствовать о Нем? Или же душа просто не может жить без Него? Поспешим же занять место у Его ног и, подкрепив душу, продолжим служить. //