Лука Дзекуц-Малей: жизнь и служение

акончилась Первая мировая война (1914 — 1918 гг.) Постепенно начали утихать её грозные бури. В соответствии с договором 1918 г. (Брестский мир) Западная Белоруссия отошла под владение Польши. В годы войны и оккупации многие города и деревни были разрушены или сожжены. В течение ряда лет население жило впроголодь. Не хватало хлеба, соли. Не было керосина, мыла, спичек, одежды, обуви. Война принесла много страданий и горя. Голод, болезни и смерть коснулись большинства семей и наложили свой отпечаток на чувства каждого. К концу 1920 года многие люди, разбросанные ранее войной по различным областям России, стали возвращаться обратно в свои родные обжитые места.

Лука Николаевич Дзекуц-Малей
В такое время прибыл поездом из Белостока в город Брест молодой миссионер Лука Николаевич Дзекуц-Малей. Целью этого приезда было проведение евангелизационной работы в городе Бресте и его окрестностях. Это был декабрь 1921 года. Со страхом и трепетом вступил он в город, который в то время был для него полон неизвестной таинственности. Он не знал ещё тогда, что здесь ему предстоит жить и трудиться для Господа целых двадцать три года.
Лука Николаевич Дзекуц-Малей (1888 – 1955 гг.) родился 1 октября 1888 года в Слонимском уезде Гродненской губернии в семье учителя. Мать – Мария, отец — Николай из дома Тарасевичей. Когда малышу Луке шёл четвёртый год, он лишился своих родителей. Как это произошло? Пожалуй, эту тайну он унёс с собой навсегда. По воспоминаниям его сына Даниила, об этом отец никогда не хотел говорить. Он всегда заменял ответ молчанием. Маленького сироту взяла на воспитание некая семья Фунтов, по образованию также педагоги. И он был под их попечительством до 16 лет. В городе Слониме Лука Николаевич окончил среднее училище. Затем продолжил учёбу в учительской семинарии, которую закончил в 1906 году. Получил образование педагога. Работал учителем и позже, как инспектор народного образования. В это время он был призван на службу в российскую армию. Службу проходил в Белостоке. Там познакомился с христианами евангельско-баптистского вероисповедания и стал посещать их церковь. Находясь на службе в армии, он искренне уверовал в Господа и сразу же изъявил желание принять святое водное крещение по вере. Это духовное торжество состоялось в новогоднюю ночь с 31 декабря на 1 января 1912 года в городе Белостоке на реке Супрасль (Suprasl). При 40-градусном морозе в проруби преподавал крещение молодому учителю пресвитер белостокской церкви Роман Хомяк. Мокрые, не переодеваясь, завернувшись в овчинные тулупы, они сели в сани и поехали домой. Не многие могут такое рассказать о себе. Сразу же, после уверования, молодой юноша начал свидетельствовать о Том, Кто изменил его жизнь. Через его служение обратился один православный священник и несколько человек из церковного хора. За проповедь Евангелия он был арестован в Лысково (Пружанский район, Брестской области), привязан к седлу жандарма и так 170 километров его вели к месту расположения тюрьмы в г.Бресте.
Наступил 1913 год. В это время в Санкт-Петербурге И. С. Проханов, известный духовный работник, получил разрешение на открытие библейских курсов евангельских христиан. Студентом этого богословского учебного заведения в 1913 г. стал и Лука Николаевич Дзекуц-Малей. На курсах занимались 19 человек в течение 2 лет. Среди них — 5 литовцев, 1 грузин, 1 осетин и 1 белорус (“В котле России” И. С. Проханов). Кстати, до этого времени в России не было ни одной русской протестантской богословской школы. Л. Н. Дзекуц-Малей был одним из лучших курсантов-отличников. За успешную учёбу сам Иван Степанович Проханов наградил его часами ручной работы фирмы Павла Буре. Будучи студентом, он имел возможность проповедовать во многих залах города и многим свидетельствовать о Христе. “Однажды за проповедь Евангелия его, лежачего, волокли на веревке за лошадью по улицам Санкт-Петербурга”, — вспоминала одна из сестёр г. Бреста (рассказ жены Л. Н. Дзекуц-Малея). По окончании учёбы в духовной семинарии он некоторое время находился в глубинках России как беженец. Это было смутное предвоенное время. Однако его влекло на родину. И вскоре он возвратился в родные края, избрав для духовной работы город Гродно. Уже тогда Лука Николаевич Дзекуц-Малей был известен, как белорусский патриот, учитель и организатор молодёжи. Одарённого молодого человека ожидала прекрасная карьера и как педагога, и как администратора. Казалось, он всё мог. Он был великолепным оратором, неплохим музыкантом-скрипачом, одно время играл как актёр в драматическом театре, был чрезвычайно общителен и мог спокойно установить контакт с любым человеком. В этот период он предпринял попытку сочетать проповедь Евангелия с учительской работой и общественной деятельностью. Однако вскоре пришёл к выводу, что такое совмещение в тех условиях было невозможным. Христос победил в его сердце. И он сделал выбор в пользу духовного служения.
Лука Николаевич был человеком среднего роста. Волосы у него были всегда зачесаны в две стороны. Особую привлекательность ему придавала густая, широкая борода. Возможно, из-за этого часто дети называли его Христом. Когда он смотрел в глаза, взгляд его было очень трудно выдержать. Чувствовалось, что когда он смотрит, то видит намного больше, чем только лицо своего собеседника. В городе Гродно он занялся душепастырской работой. В военные годы духовное положение верующих в этом городе было очень тяжёлым. Церковь едва не исчезла. И тогда среди оставшихся некоторых верующих появился Л. Н. Дзекуц-Малей. Революция 1917 года в России принесла вначале свободу от царского преследования. И это было ощутимо даже здесь, на краю Беларуси. Деятельность церкви не только возродилась, но и возникло духовное пробуждение среди неверующих. Польские власти, учитывая войну с большевиками, в 1920 году вынесли решение, чтобы Лука Николаевич Дзекуц-Малей покинул Гродно и переехал дальше от границы. С ним были высланы и другие белорусские духовные деятели. Однако к этому времени церковь в городе Гродно окрепла и возродилась. (1921 год официально считается годом рождения церкви в городе Гродно). Тогда, по совету некоторых духовных руководителей, Лука Николаевич решил для продолжения духовной работы переехать в город Брест. Ему советовали: “Там новое поле. Вспашешь, посеешь. Как воспитаешь, так и будет работа стоять”.
Это было второе посещение города Бреста Л. Н. Дзекуц-Малеем. Первый раз он попал в этот город после своего уверования в Господа, где-то в 1912 году или начале 1913 года (точная дата не известна), когда был арестован в Лысково. Тогда его ввели в этот город под конвоем, чтобы поместить в местную тюрьму. Позже в одном из своих писем Лука Николаевич вспоминал, что он «проходил уже по некоторым улицам Бреста, правда, проходил под конвоем, который сопровождал его и ещё одного брата в тюрьму, где он должен был отбывать наказание за проповедь Слова Божия в чистом виде, а не так, как учит “матерь православная церковь”. Были неприятные объяснения с начальством, которое решило смирить “непокорного еретика” тюрьмой. Тогда город был чистенький, красивый, с роскошными местечками, запруженный жизнерадостной нарядной публикой».
И вот новая, уже вторая встреча с этим городом. Из письма Л. Н. Дзекуц-Малея: “Косые лучи утреннего декабрьского солнца приветствовали меня, когда я сошёл с поезда и с большим интересом рассматривал незнакомый город Брест. Он был разрушенный, сожжённый, грязный, неприветливый, голодный. Оборванная публика с ввалившимися глазами, исхудалыми лицами редко перемежалась приличными фигурами. Торчащие чёрные трубы, разваленные и полуразваленные дома живо свидетельствовали о качестве современной усовершенствованной техники. Всё было чуждо и незнакомо. Одни лучи солнца да грустное зимнее небо были мне знакомы. Они были такие же, как и тогда, когда я под конвоем шагал в тюрьму. Остановясь на высоком мосту (Кобринский мост) и взглянув на город, я невольно поддался чувству страха. Какой способ лучше применить, чтобы двинуть с места умирающий во грехах и зле город? Голос Божий говорил мне слова утешения, ободрения, подкрепил и успокоил меня. Помолясь, я отправился по данному мне адресу, где жила одна приближённая сестра, по фамилии Тур, некоторое время тому назад возвратившаяся из России. В её маленьком домике и начало проповедоваться Евангелие” (ж-л “Сеятель Истины”, март, 1928 год). С волнением и даже некоторым страхом вступил Л. Н. Дзекуц-Малей в город Брест, но в планах у Бога он был подарком для народа города Бреста и его окрестностей.
Вместе с Лукой Николаевичем приехала и его будущая жена Серафима Адамовна (дочь Марии и Адама из дома Кишко, родилась 8 сентября 1898 г. в городе Гродно, крещение приняла в феврале 1922 года, которое преподавал брат Спалек), также учительница по профессии. Окончила Гродненскую гимназию. Серафима Адамовна была отличной певицей и организовала в Бресте молодёжное движение, которое позже реорганизовалось в прекрасный христианский молодёжный хор. На протяжении многих лет жизни она была верной и испытанной помощницей Луки Дзекуц-Малея. Точная дата заключения их брака неизвестна. Но, по свидетельству их сына Даниила, Лука Николаевич говорил, что он желал вступить в брак в возрасте Иисуса Христа – в 33 года. Когда они соединили себя для совместной жизни посредством брака, у них родились пятеро детей. Сыновья — Лика (1924 г.р.) и Лёня (1925 г. р., умер в детстве). Дочери — Серафима (1928 г.р.) и Лиля (1929 г. р.). Самым младшим был сын Даниил (1930 г. р.).
Семья железнодорожника Иосифа Тура, о которой вспоминает Л. Н. Дзекуц-Малей в своём письме, несколько ранее вернулась из России. Там, в России, сестра Тур уверовала в Господа. Их домик был расположен в пригороде города Бреста, на Вульке. Они с радостью приняли Луку Николаевича и предоставили ему свой домик не только для жилья, но также и для проведения первых богослужений. В их маленьком домике и началось проповедоваться Евангелие. Первое собрание состоялось 12 декабря 1921 года. Так образовалась первая протестантская община верующих в городе Бресте. Позже во многих своих статьях и выступлениях эту дату Л. Н. Дзекуц-Малей называет началом проповеди Евангелия в городе Бресте. “Первое собрание из 3-4 человек ознаменовалось молитвой. Петь некому было. Случайные посетители — соседи хозяев дома, смотрели на меня, на собрание, на “своеобразные” молитвы наши и очень удивлялись новой вере. Откуда вы это заимствовали? Что это значит?” — писал в одном из своих воспоминаний Дзекуц-Малей. Многие слушатели, среди которых были и любители преувеличивать, составляли всевозможные легенды как о проповедях Луки Николаевича, так и о нём самом. Многие называли его чародеем, фокусником, хотя для этого он не подавал никакого повода. С амвонов неслись мольбы к христианам не сообщаться с “отступниками от креста Господня и святых икон”. “Странные, никогда не слышанные предостережения пастырей взволновали весь город, устремившийся воочию убедиться в правде всего сказанного. Скоро разнеслась весть о сказочном количестве посещающих, хотя, в сущности, они были невелики по причине неудобства помещения”, — вспоминал Л. Н. Дзекуц-Малей.
Около года проходили собрания в домике у сестры Тур (с 12 декабря 1921 г. по приблизительно декабрь 1922 г.). Некто Корнилий Королевич оставил свои заметки об одном из богослужений в этом домике, которое он посетил в октябре 1922 года: “В субботу вечером брат Фёдор Трихонюк запряг лошадь и мы отправились в Брест-Литовск на собрание детей Божиих. Ехали целую ночь и на рассвете приехали в город. В 10 часов утра братья и сёстры и посетители собрались со всех окрестностей Бреста и дом наполнился. Собрание открылось пением: “Я слышу голос Твой” и молитвой. Брат Дзекуц-Малей прочитал из пророчества Исаии 12 главу и дал наставление братьям и сёстрам. Потом два брата свидетельствовали о Христе. Собрание кончилось в 12 часов. После собрания 4 души отдали своё сердце Господу. Вечернее собрание началось с 5 часов и продолжалось до 10 вечера. Народа собралось больше, чем утром, так что помещение не могло всех вместить. Многие слушатели стояли возле окошек на дворе…
К концу 1922 года домик сестры Тур уже не вмещал всех желающих присутствовать на собраниях. Они нашли для собраний в г. Бресте сырой, тёмный, мрачный подвал под одной из гостиниц (угол Мицкевича– Советская, в настоящее время Советская, 13). Здесь они основали культурное общество с интересным названием “Беларуская хатка”. И это дало им возможность установить первые контакты с жителями города. “Верующих тогда в самом городе ещё никого не было”, – рассказывал об этом периоде сын Луки Николаевича, Даниил. – “Папа играл на скрипке. Кто-то проходит мимо — заглянет. А что это такое? А там папа уже вывесил объявление, что тут община евангельских христиан-баптистов. А зайти можно? А там опять играют. А когда собиралось три-четыре человека, папа начинал говорить им о Боге…” В 1922 году открылись первые собрания. Сам Лука Николаевич ходил по улицам города и приглашал горожан, особенно молодёжь, посетить их богослужения. Одними из первых посетителей были Андросюк А. И., Котович, Касперский и др. Первый раз на собрание Котович и Касперский пришли пьяные: “Мы хотим петь!” — заявили они. Но в другой раз пришли на спевку трезвыми. Господь помог церкви устроиться в этом помещении. Вместо платы за аренду они выполнили ремонт этого здания. Было сделано 15 простых скамеек на 75 сидячих мест, деревянный, белый стол, и начали проходить собрания. Касперский позже разрисовал этот подвал различной росписью и текстами Священного Писания, так что все стены проповедовали. Три года собирались в этом здании.
Страшные испытания выпали на их долю в этот период. Вот как писал о них Л. Н. Дзекуц-Малей: “Неприветливо выглядела молитвенная зала, входить в которую приходилось, спускаясь на один аршин с половиной в землю. Сверху доносились крики и шум посетителей гостиницы, часто слышались оттуда оскорбительные для слуха речи. Этим пользовался сатана, чтобы отбивать охоту у посетителей собраний. Через своих слуг он кричал к нам в окна, заглянуть в которые к нам можно было согнувшись: где вы собрались? В яме! Не стыдно ли? Богоотступники! Храмы пустые, а вы идёте к этим христопродавцам. Опомнитесь! Они все погибнут! Мы их перережем! Однажды подобная брань перешла в дело. Разъярённая толпа молодых людей — человек 150 — требовала настойчиво разойтись, перестать петь, не делать собраний… Но собрание продолжалось. О, как горяча тогда была молитва под грозою смерти! Как могущественно звучали гимны! Но вот всё собрание содрогнулось. Озверевшие слуги сатаны начали свою работу. Зазвенели и посыпались стёкла из окон, затрещали и щепками полетели рамы.