Еврейский или христианский вопрос?

На протяжении последних двух столетий в Европе неоднократно поднимался вопрос, который имеет по своему названию рационалистический оттенок – «вечный» или «еврейский вопрос». Пиком муссирования этой темы стал ХХ век. После дела Дрейфуса (в конце XIX века), еврейских погромов в имперской России, наконец, после Катастрофы и восстановления еврейского государства Израиль многие политики и политологи, писатели, общественные и религиозные деятели мира предлагали множество рецептов решения еврейского вопроса. Понятно, что мусульманский мир решал его для себя однозначно — непризнание и уничтожение «неверных», еврейского государства, а отсюда постоянные войны с Израилем и терракты на территории этого молодого государства.

Еще до появления мусульманства этот вопрос однозначно решил римский кесарь Константин вместе с отступниками в свое историческое время христианской церкви. Это было связано с так называемыми Никейскими соборами, которые положили начало церковному антисемитизму, отвержению и изгнанию иудео-христиан из создаваемой в то время языческой церковно-политической структуры, которая впоследствии переродилась в государственную Римскую католическую и Византийскую православную церковную секту язычников в христианстве. Церковь отвергла тех, через кого пришло спасение всему миру, отвергла евреев, «природную маслину», еврейские корни христианства. Христианство повернуло в другую сторону, оно получило языческую окраску. Поэтому до сего времени в современном христианстве нет той полноты осуществления того, что христианство несло в себе в самом начале, когда главенствующая иерусалимская церковь была иудео-христианской. Отдельные группы мессианских, иудео-христианских общин, более отделенных от других церквей «из язычников», в настоящее время не решают проблемы, которая была порождена историей Церкви, начиная с IV века. Христианство без евреев, без Израиля, остается по сей день без своей полноты. Церковь стала более «из язычников», а по сути языческой без Израиля и подлинного библейского еврейства. Зато таковая церковь стала многоязычной и национальной, как греческая православная, русская православная, польская католическая и т. д. Все эти национальные церкви «из язычников» стали государственными. Из-за этого церковь потеряла свою самостоятельность. Когда Римская империя приняла христианство в том виде, в котором оно уже было, т. е. в отступничестве, церковь стала национальной, государственная самостоятельность нации поглотила самостоятельность ее церкви. Существующее государственное, национальное христианство начало приобретать форму национального идолопоклонства. В церкви началась тенденция экспансионизма, расизма и национализма, которая выродилась в противостояние еврейскому народу, находящемуся в рассеянии. Это есть жуткая картина, которая прослеживается поныне. Церковный антисемитизм стал нормой преимущественно для всех христианских конфессий. Со времен Никейских соборов, начиная с 325 года после Р.Х., христианский мир никогда не относился к иудеям по-христиански. Поэтому, говоря о еврейском вопросе, в сущности, все дело сводится к одному факту, вызывающему вопрос не о еврействе, а о самом христианском мире. То христианство, которое сегодня есть, с его язычеством, национализмом и разделением на конфессии и деноминации, евреи не примут, так как оно отвергнуто самими христианами, и трудно допустить, что они (евреи) соединятся с тем, что само разделилось и направлено против них. После рассеяния еврейского народа они всегда относились к христианам по-иудейски, т. е. на основании сложившейся традиции талмудической письменности, которая «ограждала закон» своими комментариями. Но, будучи язычниками в христианстве, таковые «христиане» никогда не относились к евреям по-христиански. Ясное дело, что если евреи относятся к таким «христианам» по-иудейски, как к гоям (язычникам), потому что так оно и было, то такие «христиане» естественно должны были как-то реагировать и соответственно относиться к ним по-язычески — ненавидя и искореняя их. Иудеи не хотели любить таких «христиан», обособляясь, не желая сливаться, при этом используя безнравственную слабость нерадивых язычников. Поэтому необходимо решать ни еврейский вопрос, а духовные проблемы в христианстве. На протяжении всего времени, даже сегодня, иудеи, светские евреи не изменяли своего отношения ни к христианам, ни к самой Церкви. На протяжении столетий иудео-христиане никогда не относились к язычникам и уверовавшим из них, как это делали и делают по сей день христиане, которые живут своим языческим прошлым. Мы же, христиане, постоянно нарушали и нарушаем относительно евреев заповеди христианского учения и повеления Слова Божиего через апостола Павла. Конечно, многие могут оправдываться тем, что заповедь Господа трудна, тем самым сваливая ответственность на что-то или кого-то, как обычно мы это делаем. Дело не в том, трудна или нетрудна евангельская заповедь, а в том, исполнима она или нет? Если она неисполнима, то зачем дана? Еще не было такого, чтобы Господь давал человеку что-либо неисполнимое в отношении Своих заповедей. И цель заповеди всегда была очевидной.

Глядя на миссионерскую деятельность в истории Церкви, можно сказать, что, евангельская заповедь по отношению к другим народам почти всегда была исполнима по отношению к любым народам, кроме евреев. Это как раз и доказывает исполнимость христианской заповеди, в том числе и в отношении иудеев. Если же евангельская заповедь ис¬полнима, если мы можем относиться по-христиански ко всем, не исключая и иудеев, то мы кругом виноваты, когда этого не делаем. Вместо того чтобы прямо в этом покаяться, мы ищем, на кого или на что свалить свою вину. Поэтому до сего дня еврейский народ был гоним так называемыми «христианскими» народами и не понимаем Церковью. Христиане «из язычников» по сей день отделяются от еврейского народа, противопоставляя себя им, мол, это «наше», «языческое», «национально-церковное». Они утверждают ложные доктрины, искажая библейский смысл, как например, что «в Иисусе Христе нет ни иудея, ни эллина», тем самым говоря, что есть только христиане «из язычников», почитая себя за новую расу и называясь «новым» или «духовным Израилем». Это присутствует во всех христианских конфессиях и началось со времен «отцов (языческой) церкви». Протестантство, начиная от Мартина Лютера, являлось до известной степени возвратом к еврейству. Это было связано с формой служения и возвращением библейской концепции, которая была заложена перовоапостольской церковью. Но этому долго не суждено было быть.

Мартин Лютер закончил свою жизнь жутким антисемитом, выражая в своих трудах ненависть к евреям. Все это отразилось впоследствии на новых протестантских деноминациях, которые всегда имели, в основном, либо крайнюю антисемитскую позицию, либо просто находились в некоторой нерешительности по отношению к евреям и служению среди них. И даже после того, когда в мире начали появляться первые иудео-христианские общины в конце XIX века, и так же после Холокоста (1967 г.), когда исполнились слова пророка Исаии о восстановлении государства Израиля, Церковь «из язычников» продолжала и продолжает отделять себя от единства с еврейским народом, придерживаясь своей традиции, лишенной еврейских корней христианства. Христиане всех времен и народов, отделявшиеся от евреев и иудейства, создавая свою концепцию языческого христианства, являются как бы не совсем христианами, потому что они никогда не отвергали себя, свое «я», которое находило самовыражение в язычестве со всеми его культурными проявлениями. Поэтому и иудеи на протяжении всего времени, когда Церковь стала в воинствующую оппозицию к евреям, показали, что иудеи не вполне иудеи, потому что, защищая свою концепцию «ограды закона», они так запутались в нем («правило на правило и заповедь на заповедь»), что эта «ограда» стала сетью для них. Поэтому и справедливы слова апостола Павла, что не тот иудей, который по плоти, но кто имеет обрезанное сердце. Это же относится и к христианам, к которым применимо то, что христианин без обрезанного сердца, еврей он или нееврей, является язычником в христианстве, книжником и фарисеем. Мы уже говорили о положительной стороне возвращения протестантства к еврейству, и при всем этом есть и негативная сторона, которая связана с современным еврейством, — раввинизм.

Христианство и иудаизм

Христианство и еврейство имеют общую теократическую задачу — создание праведного общества. Послушание евреев во времена Закона должно было привести к тому, что Сам Господь сделает Свой народ царством священников. Но только во времена Нового Завета стало осознанно понятно, что для всех народов царство этого мира «соделается Царством Господа». Цель Бога –осуществление союза человека Бога и через восстановление теократического правления Богом на земле. Это началось еще в период Закона, когда еврейский народ вышел из Египта, когда была дана народу Тора и повеление о строительстве скинии Божией и учреждении служения священников и левитов. Величайшим представителем еврейского общества был не священник Аарон, а пророк Моисей. Именно через него дано «законоположение, и богослужение, и обетования». Через него было рукоположение на священнодействие Аарона. В библейском иудействе священство первоначально учреждено при человеческом посредстве, при посредстве пророка Божия Моисея. Таким образом, священство находилось в непосредственной зависимости от другого служения — пророческого (как руководства всем ходом жизни и служения), которое в еврействе одно стояло в непосредственной связи с Богом и Его проявлением. Именно через пророка осуществлялось служение освобождения народа от пленения и разрушение идолопоклонства в стране. Как через пророка Моисея учреждалось священство, так и через пророка Самуила учреждается царство и помазываются первые цари — Саул и Давид. В любом случае служение священника и царя в жизни еврейского народа всегда затмевалось служением пророка. Но если говорить о царе Давиде, то причина, почему он занял такое выдающееся место, не в том, что он был царем, а в том, что он являлся пророком своего времени. В период Закона еврейские пророки проповедовали оправдание верой и делами, а не одной только верой. «Праведный своею верою жив будет» (Авв. 2:4). Это же стало учением и Нового Завета, когда Иаков, брат Господа, сказал: «Вера без дел мертва» (Иак. 2:20). Дела, о которых учили пророки Закона и Иаков в Новом Завете, были связаны, во-первых, с заповедью человека и Бога в отношении идолопоклонства. Конечно, человек, прежде всего, оправдывается верой. Но вера у него должна иметь свое продолжение и осуществление в делах, или точнее, плодах. И первое дело – это послушание, которое дороже любого жертвоприношения. Послушание Богу было первым и, может, даже самым главным в разрушении идолопоклонства. Все остальные дела Закона у евреев являлись следствием. Даже во времена Закона Бог ожидал плод от человека, который был связан с его сердечными намерениями: или он поклонник Бога, или идолов. Поэтому тема веры и идолопоклонства у пророков занимает особое место. На том же месте она находится и во времена Нового Завета.

После выхода евреев из вавилонского плена, после пророка Малахии, во времена Божьего «молчания», когда начался период пика идолопоклонства в Иудее, на престоле Моисея начали появляться книжники и фарисеи. Пророческое служение заменилось учительством, в котором после рассеяния Израиля новые представители — раввины — узурпировали духовную жизнь еврейского общества, заменив собою и священников, и пророков. Они поставили задачу — «сделать ограду вокруг закона», т. е. со всех сторон обеспечить своими комментариями соблюдение талмуда в жизни еврейского общества. Пророчество окончательно пере¬родилось в рассудочное и кропотливое учительство — раввинизм. Раввины всю свою душу положили на то, что они называют «отеческими преданиями», возводя ограду вокруг Закона. И эта ограда возводилась с таким усердием и трудолюбием, что превратилась в сплошной лабиринт, в котором самому еврейскому народу очень трудно отыскать путь истинной жизни и понять, какому же богу он поклоняется. В протестантстве, так же как и в раввинизме, пророчество еще более заменилось учительством. Если еврейские раввины видели, прежде всего, закон, правда, уже созданный ими, свой, как норму жизни, и все свои усилия направляли на то, чтобы упрочить этот «жизненный» закон непроницаемой оградой преданий и толкований, что стало своеобразной апологетикой сначала иудео-христианству, а потом и оязыченному христианству, то для протестантского учительства Библия сделалась впоследствии не столько нормой жизни, сколько предметом теоретического изучения. На троне Моисея уже сели более современные «книжники» и «фарисеи» – богословы и теологи, которые заразили Церковь своими учениями, философией и высокомудрствованием. Христианство лишило себя практической стороны познания Господа, Духа Святого и познания самого человека, кто и что он есть. В христианстве появились свои «отеческие предания», начались возводиться свои «ограды» вокруг своего понимания Бога, Его Слова и познания своего пути. Они взяли ключи понимания, не понимая Бога, сами не входя в Царствие Божие и другим не позволяя. Язычество в христианстве – это одно из проявлений фарисейства. Если человек не отвергает себя, он автоматически становится книжником и фарисеем, просто гоем и идолопоклонником. Отсюда отступничество, непознанные пути Господни. Поэтому христианство имеет разделение и с евреями, и с еврейскими корнями христианства, а так же христиане разделены между собой.

Начало христианства было связано с библейским иудейством, которое было заложено Самим Богом через Авраама, Патриархов, Моисея и Пророков, не говоря уже о Писаниях, в которых были такие имена, как Давид и другие. Поэтому начало христианства было связано с иудео-христианством, потому что христианство является следствием того, что ожидали все праведные иудеи – пришествия Мессии, спасения и прощения грехов. Христианство включает в себя библейское иудейство, оно едино с ним; и полнота библейского иудейства — это и есть подлинное христианство.

Единение библейского иудейства с христианством должно осуществляться на реальной почве духовного и естественного родства и всего здравого и положительного, что было и есть, как единое целое. Пришло время, когда христиане «из язычников» должны перейти на новую ступень познания, должны наконец-то осознать свое родство с Авраамом и его природными детьми. Христиане должны быть едины с иудеями, не отказываясь от христианства, не вопреки христиан¬ству, а во имя Иисуса Христа, который был рожден еврейской женщиной Мариам (Марией), Который был и есть Иудейский Царь, Мессия евреев. Христиане должны быть едины с иудеями в силу подлинного учения Иисуса Христа и следования за Ним, что и должно представлять собой христианство. И, соответственно, иудеи должны быть едины с нами, христианами, не вопреки иудейству, а во имя и в силу истинного библейского иудейства – подлинного христианства.

В свое время Церковь доходила до безумства, когда твергла евреев, Израиль, еврейские корни христианства. Поэтому пренебрегать иудейством в дальнейшем – безумство. Ругаться, как это делали раньше с ними, неправильно и бес¬полезно. Лучше проявить любовь, осознать и понять подлинное библейское иудейство, свои корни, чтобы знать, как возбудить ревность по Богу среди евреев. Это трудно? Да, но возможно. Заповеди Господни все же исполнимы. Только надо начать с одного: отвергнуть себя, свое «я» и последовать за Господом. Кому-то может показаться, что это самое трудное, но Иисус взошел на Крест не Сам, но Духом Святым, а перед этим была борьба в Гефсиманском саду. Нам нужно пройти свой «Гефсиманский сад», где мы должны бороться с собой, а не спать, как в это время делали Его ученики, и тогда Дух Святой возведет нас на Крест, где мы начнем умирать для своего язычества, для своего «я». И уже не будет ни еврейского вопроса для нас, ни проблем в нашем христианстве.

Колман