Душа кричала: «ДА!»

Часть своей жизни я шествую за Иисусом Христом. Это небольшой, но самый счастливый и радостный период моей жизни. Но не всегда так было. Было время, когда я сам был частичкой грешного мира, причем не инородной, а частичкой, которая глубоко вросла в мир и, казалось, ничто не разделит нас. Я был мирским человеком. Родился я в семье советских инженеров, получивших престижное образование. Родители научили меня читать и любить книги.Читал я много. Любил классическую литературу, которая с ранних лет меня учила гуманности и где-то в глубине души посеяла семя любви к людям. Но в то же время я рос вспыльчивым и драчливым мальчиком. И после драки я так сожалел, что бил человека, что эти переживания терзали меня больше, чем ссадины и синяки.Так во мне сочетались две противоположности: любовь к другу и жестокость к недругу. Но в этом нет ничего удивительного: миллионы людей живут с любовью к доброжелателям, но стоит их только немного обидеть, как они тут же в своем сердце дают место ненависти. Недаром Христос сказал:”…если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари?” (Мф. 5:46) Итак, зерно, посеянное добрыми книгами, не оказалось панацеей от зла, которое вложено в человека сатаной от рождения его, ибо “кто родится чистым от нечистого? Ни один” (Иов 14:4).

Дмитрий Човган

В 1990 году в июне умерла от рака моя тетя, мамина сестра. Тогда я впервые так реально столкнулся со смертью. Я спросил: ”Где сейчас тетя Оля?” И мне ответили:”На небесах.” Этот ответ меня удовлетворил. После смерти у тети осталась дочь Алена моего возраста. Мы стали с ней очень дружны. Но в то же время, учась в одной из школ Бреста, я связался с компанией ребят, которые показали мне многое, чего я с радостью никогда бы не видел. Я познакомился с парнями, которые в одиннадцать лет гордо называли себя ворами, знал ребят, которые в двенадцать лет стояли на учете в наркологическом диспансере, видел девчонок, которые о своей невинности могли только вспоминать, как о чем-то далеком и забытом. Но, к моему счастью, вращаясь в таких кругах, я оставался практически бездейственным наблюдателем. Эта грязь проходила возле меня, но практически меня не касаясь. Как будто чья-то рука удерживала меня от падения в бездну. Сейчас, имея открытые глаза, я вижу — это рука Бога. В такой компании я не мог долго существовать незапятнанным. Появились конкретные предложения что-то украсть, участились предложения выпить, учеба пошла наперекосяк, начали ухудшаться отношения с родителями. Все эти проблемы привели меня к решению, которое должно было в будущем в корне изменить мое существование. 4 апреля 1992 года, в свои неполные тринадцать лет, я уезжаю от родителей в деревню, где жила моя бабушка. Так я оказался в Каменюках, в центре Беловежской пущи. Хорошо помню то утро, когда я собрал свои вещи и вышел из квартиры. Проезжая мимо своего дома на троллейбусе, я вновь вернулся мыслями к своим родителям. Я знал, что им будет тяжело переносить разлуку со мной, скрашенную редкими встречами, я знал, что они меня любят. Несмотря на частые ссоры, возникающие, как правило, по моей вине, я тоже очень любил своих родителей. Но я должен был порвать со своими “друзьями”. Просто так из таких компаний выйти нельзя — жизни не будет. Лучшим выходом было уехать. И я уехал. Как оказалось потом, я ехал на встречу с Богом.

Приехав в Каменюки, я начал строить свои планы, вновь начал мечтать, что стану хорошим. И в какой-то мере мне это удалось. Вместе с моей бабушкой, Смирновой Татьяной Леонидовной, я провел многие часы над учебниками. В свои семьдесят с лишним лет моя бабушка оказала неоценимую помощь мне, которую я буду с благодарностью вспоминать до конца своих дней. Она сама, окончив учебу более чем пятьдесят лет назад, помогала мне учить то, что я упустил, учась в Бресте. Седьмой класс я заканчивал экстерном. Сдал тринадцать экзаменов, большинство из них на “4”. Это был переворот в моей жизни — я перестал носить клеймо двоечника. Когда пошел учиться в восьмой класс Каменюкской школы, то сразу почувствовал вкус к учебе и быстро выбился в число лучших учеников класса. В десятом классе меня выбрали старостой. Любимыми моими уроками были гуманитарные предметы, где я мог порассуждать о нравственности, добре, зле. Казалось, что мои мечты сбылись: я начал выходить в люди. Но стоило мне выйти за порог школы или дома, как я начинал жить второй жизнью. Высокие слова о нравственности сменялись грязной руганью, мечты о добре исчезали, а появлялись нелепые желания разгульной жизни. Наверное, так бы и продолжалось не появись в моей жизненной повести новые действующие лица.

В Каменюки приехало два человека, которые собирали в сельской библиотеке группу людей и помогали им изучать Библию. Это меня заинтересовало. К тому времени я не раз пробовал начинать читать эту Книгу, но, как правило, на третьей главе книги Бытие я засыпал. Я начал посещать разбор Библии и там поближе познакомился с диаконами брестской церкви: Семенюком Иваном Федоровичем и Куликовичем Николаем Степановичем. Наверное, сотни вопросов они услышали из моих уст, многие из них были каверзными, некоторые с откровенной издевкой, но они с кротостью и терпением ответили на каждый из них. Особенно запомнился один разбор, когда, заканчивая, Иван Федорович молился и говорил примерно следующие слова:”Господи, я хочу, чтобы вся моя жизнь, все мои мысли и поступки были полностью посвящены тебе.” Я тогда подумал: я не могу пока так молиться, а Богу сказал:”Господи, сделай так, чтобы я когда-нибудь смог так сказать Тебе.”

Тяжел и труден был мой путь к Богу. Земные “прелести” меня манили к себе. Я не представлял своей жизни без сигареты, выпивки, дискотеки. Жизнь без моих друзей была мне скучна. Но в то же время я видел, что существует другая жизнь у тех людей, которые держались Библии. Сначала я думал, что это присуще только Ивану Федоровичу и Николаю Степановичу. Но приезжали другие, и они тоже имели эту жизнь! И они тоже в руках держали Библию! И тогда я понял, что это более чем книга. Я понял, что в этой книге записано что-то очень важное, причем это важно для меня лично. Я начал самостоятельно изучать Новый Завет. Изучал долго, более двух лет. Когда я прочитал слова Иисуса:”Я пришел для того, чтоб имели жизнь и имели с избытком” (Иоан.10:10), понял, что эта жизнь людям дана Самим Богом. Тогда задался вопросом: как ее получить? На этот вопрос мне ответило другое место из Писания:”Вы не хотите придти ко Мне, чтобы иметь жизнь”(Иоан.5:40). Читая Новый Завет, я знал, что прийти к Богу — значит покаяться. Но что такое покаяние, не знал. Ах, сколько раз я задавал себе, людям и Богу вопрос: что такое покаяние? Долгое время покаяние было для меня, вообще, чем-то нереальным. Так продолжалось, пока не произошел один случай.

Однажды утром мой друг и одноклассник (с которым мы вместе посещали разборы Библии) Руслан Яроцкий сказал мне:”Я бросил курить”. Я начал его поддевать, мол, не раз бросал, но он лишь ответил: ”Я покаялся”. Сначала это вызвало во мне бурю протеста. Я говорил, что он лицемер и обманщик. Но с течением времени начал замечать в нем ту самую жизнь, которая так манила меня. Постепенно еще несколько ребят из нашей школы заявили, что они покаялись. Я еще больше читал Новый Завет, ища ответ на мой вопрос: что такое покаяние?” Но впереди был еще год безбожия.

В том году я метался из крайности в крайность. Я бросал все вредные привычки и старался прилепиться к Богу, но когда не мог расстаться с мирской жизнью и возвращался к ней, то она с новой силой всасывала меня в трясину греха. И вот настал момент, когда я, уставший от бесплодной борьбы с самим собой, в безумстве сказал:”Нет Бога!” Почти год я прожил с этой фразой в сердце:”Нет Бога!” Я дружил с христианами, общался с ними, ходил на разборы Библии, но в моем сердце прочно засело мнение:”Нет Бога!”

Второго июня 1996 года меня пригласили на молодежное христианское общение. За день до этого я успешно сдал свой первый выпускной экзамен и, так как до следующего было еще несколько дней, мог позволить себе провести воскресный день с друзьями. Был праздник Пятидесятницы и День рождения одной сестры. Мы собрались вместе за разбором Библии, попели песни, выйдя на улицу, поиграли в различные игры, просто пообщались, и я вновь, в который раз, увидел эту жизнь, бьющую ключом в христианах. В тот вечер я подошел к Руслану и сказал: ”Я хочу покаяться, но мне что-то мешает.” Вдруг я понял, что покаяние — это когда человек просто доверяет свою жизнь Богу, позволение очистить ее от греха и господствовать в ней. Мы склонились с Русланом на траву и молились о том, чтобы Господь помог мне покаяться. Мы встали с колен, на наших глазах появлялись слезы. Руслан сказал:”Дима, Господь предлагает тебе вечную жизнь. Ты должен сказать только “да” или “нет” и больше ничего. Ответ за тобой.” Предо мной как будто встал Голгофский крест , на котором Иисус Христос говорит:” Отче! прости им, ибо не знают, что делают.” Все мое существо говорило:”Да!” Душа кричала:”Да!” Я просто физически не мог сказать “нет”, ведь передо мной стоял Тот, кто умер за меня! Я в радости сердечной произнес: ”Да!” Из наших глаз брызнули слезы. Мы обнялись с Русланом впервые не как друзья, но как братья, соединенные кровью Агнца.

29 июня того же года я вернулся в Брест. Вернулся христианином. За 27 дней до моего возвращения домой я покаялся. Господь увел меня в Каменюки на 4 года для того, чтобы я стал верующим, и вернул меня в Брест, чтобы я служил Ему здесь.

Когда я рассказал своей двоюродной сестре Алене о том, что покаялся, она не могла долго понять, что это такое произошло в моей жизни. Но через два месяца покаялась и она. И это тоже произошло в Каменюках, недалеко от того места, где покаялся я. Еще через год мы приняли крещение. После нашего крещения моя мама рассказала нам, что, когда была при смерти мама Алены, к ней начали ходить верующие люди. Они рассказывали о Боге, пели песни. Умирая, она сказала моей маме, что хотела бы, чтоб ее дочь Алена приняла крещение у баптистов. По-видимому, она много молилась на смертном одре об этом. И ответ на молитву прозвучал через семь лет.

Прозвучал ответ и на мою молитву. Теперь с полной ответственностью могу сказать:”Господи, я хочу, чтобы вся моя жизнь, все мои мысли и поступки были полностью посвящены тебе.”

Так Господь изменил мою жизнь. Конечно же, я не стал совершенным, но Господь ведет активную работу по усовершенствованию своих детей, ведь в Царствие Божие “не войдет… ничто нечистое”. Поэтому каждый христианин на основании голгофской жертвы Иисуса Христа имеет возможность вести победоносную жизнь освящения.

Сейчас Господь обильно благословляет меня: Он дал мне прекрасную жену, боящуюся Бога, позволяет учиться в Библейском институте, по мере сил нести служение в церкви. Сейчас я оглядываюсь назад. Смотрю, что Господь делал для меня и говорю:”Не по беззаконию моему сотворил мне и не по грехам моим воздал мне. Как многочисленны дела твои, Господи! Все соделал Ты премудро”(Пс.102:10;103:24).

Конечно же, стараюсь не забывать и Каменюки, где уже существует церковь и, по милости Божией, куплен молитвенный дом. По мере возможностей люблю приезжать в эту церковь, которую считаю своей родной, несмотря на то, что являюсь членом брестской церкви, там же несу и основное служение. Очень бы хотелось, чтобы каждый, кто прочитает эти строки, помолился за маленькую каменюкскую церковь. Мне кажется, что к этой церкви можно отнести слова из Писания: ”Вот, Я отворил перед тобою дверь, и никто не может затворить ее; ты немного имеешь силы, и сохранил слово Мое, и не отрекся имени Моего” (Откр.3:8). Закончить хочу словами апостола Павла: “Благодарю давшего мне силу — Христа Иисуса, Господа нашего, что Он признал меня верным, определив на служение, меня, который прежде был хулитель, и гонитель, и обидчик, но помилован потому, что так поступал по неведению, в неверии. Верно и всякого принятия достойно слово, что Христос Иисус пришел в мир спасти грешников, из которых я первый” (1 Тим.1:12,13,15).

Дмитрий Човган