C ребенком за кафедрой…

  • Сестра Анна, расскажите немного о своем детстве и о том, как Вы обратились к Богу?

— Я родилась в католической семье. Мама была убежденной католичкой. Так что и меня она воспитывала в вере в Бога. Где-то в 18 лет я начала задавать себе много вопросов, на которые хотела найти ответы. Стала ходить в другие католические церкви, но на запросы своей души ответа так и не получила. В 70-х годах поехала в Бразилию. Увидела там, как мирские ценности и стандарты проникают в церковь. Это привело меня к большому смущению. Приехав оттуда, я взмолилась к Богу, чтобы Он открылся мне, если только на самом деле существует.

Затем училась в университете, особенно не задумываясь о Боге. На втором курсе подружилась с девушкой, которая сказала, что ее отец пастор. Я не предполагала, что есть пастор в церкви, поэтому подумала, что он просто пастух овец. Познакомившись поближе, я узнала о существовании баптистских церквей в Италии. Начала посещать церковь подруги. Через некоторое время в Англии встретила другую девушку, которая сказала мне, что Господь ищет меня. И там, в Англии, я взмолилась к Нему: «Господи, если Ты слышишь меня, то с этого момента я хочу быть настоящей христианкой!» Посещая богослужения, стала чувствовать себя частью христианской семьи.

После окончания университета я могла работать преподавателем английского языка или же преподавателем танцев. Стала молиться о том, как мне поступить, и Бог помог сделать правильный выбор.

  • Нам известно, что Вы проповедуете. Расскажите, как так случилось, что в стране с католическими корнями, где священники не имеют права даже жениться, Вы стали не только проповедовать, но и были избраны пастором церкви.

— Как-то наш пастор серьезно заболел и предложил, чтобы кто-то из членов церкви помог в дальнейшем в проповеди и проведении богослужений. Я действительно росла в католическом окружении и не могла даже допустить и мысли, что женщина может проповедовать. Но, придя в евангельскую церковь, поняла, что здесь существует равенство. И, когда пастор церкви впервые предложил сказать проповедь, мне не показалось это очень странным. Я внутренне почувствовала призвание к этому служению, а также молодой брат, с которым мы потом и поженились. В результате, в один из дней руководила служением в церкви я, а в другой — он. Затем церковь послала нас обоих учиться в семинарию в г. Рушликон в Швейцарию. И только находясь в семинарии, я поняла, что существует проблема в отношении того, чтобы женщина в церкви была священнослужителем. В Союзе ЕХБ Италии до меня ни одна сестра не была пастором.

После моего годичного обучения в семинарии на съезде ЕХБ Италии был поставлен вопрос о моем служении. В результате голосования ни один человек не был против моего дальнейшего служения на пасторском поприще. Таким образом, в 28 лет я стала пастором, в то самое время, когда у меня был месячный ребенок.

  • Как Вы уже сказали, Ваш супруг тоже получил богословское образование, и вероятно, он тоже принял пасторское служение. Как же Вы совмещали воспитание детей и это служение?

— Действительно, мой муж тоже стал пастором церкви, которая находилась на расстоянии 160 км от церкви, где несла служение я. Это была первая семья в Италии, где муж и жена были пасторами. Я опекала три маленькие церкви. На служения ехала с ребенком. Ставила его рядом с кафедрой, проповедовала, а после собрания кормила ребенка и ехала в другую церковь, третью. Расстояние между церквами было большое, и они находились в горах. Иногда был туман, дождь, снег. Но желание служить Богу вело меня вперед, хотя и в горах, по скользкой дороге и с ребенком на заднем сидении. Особенно трудно было, когда наступала ночь. И тогда я молилась и пела: «Возьми меня отныне и впереди по жизненной долине, Господь, веди…»

  • И как долго продолжалась у Вас такая жизнь?

— Два года. Потом у нас родился второй ребенок. Третьего мы с мужем усыновили. Взяли также на попечение пожилую женщину. Еще восемь лет я несла служение в другой церкви, затем 13 лет вместе с мужем служила пастором в Неаполе. Жили при Доме молитвы. Это был хороший период. В церкви было два разных пастора, которые имели разные таланты. Потом меня избрали президентом Союза ЕХБ Италии, и я переехала в Рим.

  • Как бы Вы охарактеризовали религиозную ситуацию в Италии?

— В Италии больше всего приверженцев католической церкви. Но очень мало людей на самом деле верят в Бога и ходят в церковь. Обращаются туда только в день свадьбы, крещения ребенка и похорон своих родных. Тем не менее создается впечатление, особенно у политиков, что католическая церковь имеет сильные позиции. Каждый день по телевидению выступает Папа. Католическая церковь имеет постоянные огромные дотации из бюджета страны.

  • В связи с тем, что католическая церковь в Италии имеет доминирующее положение, не создает ли это трудностей для баптистов, другими словами, имеете ли Вы равные права и свободу для проповеди Евангелия?

— В истории Союза ЕХБ Италии было много преследований со стороны католической церкви. Но 20 — 30 лет тому назад преследование прекратилось. Хотя по настоящее время католики не признают баптистов церковью, только общиной.

  • Что сегодня представляет собой Союз баптистов Италии?

— Союз ЕХБ Италии имеет 116 церквей с количеством около десяти тысяч членов. Мы имеем 33 национальные церкви: это румынские, корейские, африканские, бразильские. Бразильские церкви серьезно занимаются миссионерской деятельностью. Другие этнические церкви тоже занимаются миссионерством, но только среди своих народностей. Влияние бразильских христиан распространяется и на местное население, и на итальянские баптистские церкви.

  • Какие, на Ваш взгляд, сильные, а какие слабые стороны имеет Союз баптистов Италии?

— Сильная сторона Союза — в единстве, в служении примирения и в области защиты прав человека. Но церкви ЕХБ в Италии слабы в миссионерском движении. Мы еще не нашли путь, как показать членам церквей, чтобы они болели за других, чтобы убрали из души равнодушие и безразличие к погибающим людям. Молитесь за нас, чтобы нам найти путь для миссионерства.

 

Интервью взято в конце 90-х годов. Анна Маффи