Через голод и любовь к покаянию

Мне 41 год. Родилась я в далёкой теперь для меня Абхазии. Отца рано не стало, нас с сестрой воспитывали мама и бабушка. Бабушка была верующей, от неё я и получила понятие о Боге, Его Сыне и Духе Святом. Но веры в Бога у меня тогда не было.
Я закончила в своём родном городе среднеобразовательную школу и уехала в Беларусь, где к тому времени в городе Могилёве уже жила моя сестра. Там я закончила строительный техникум и работала сначала прорабом в колхозе, потом мастером цеха железобетоннных изделий. Мама моя тоже приехала в Могилёв на жительство, так как наша бабушка умерла, и мама оставалась одна.
Потом я вышла замуж и уехала с мужем к нему на родину — в Армению, в Ереван, где прожила 11 лет.
Жили мы в тесной квартирке из двух комнат одной большой семьёй (12 человек). Конечно, это была не жизнь. Но у меня была хорошая работа (я работала в научно-исследовательском институте), и ещё жила надежда на получение жилья.
Но вот в Армении случилось то страшное памятное землетрясение, принесшее огромное горе всей Армении и всей нашей большой стране.
И начались новые трудности. Очередь на получение жилья расформировали, так как республика начала строить жильё для пострадавших.
А потом в Армении началась война. Республику наводнили беженцы из Азербайджана. Им тоже дали льготы на жильё. И наша мечта о своей квартире осталась только мечтой. Вдобавок ко всему, обострился национальный вопрос.
И мы решили уехать из Армении. Но куда? В Могилёв к маме и сестре? Но этот город находится в чернобыльской зоне. И везти туда детей — а их у нас двое — было невозможно. И тогда мы уехали в Берёзу, где живут мои хорошие друзья. Они и помогли обосноваться нам на новом месте. Мы всей семьёй были настроены оптимистично и стали устраиваться на новом месте.
Трудностей хватало. Я не нашла работу по специальности и устроилась в детский сад помощником воспитателя. Муж устроился на завод. Мы сняли небольшой домик. Жизнь вроде бы стала налаживаться. Но по стечению обстоятельств муж вынужден был уйти с работы. В это время началась безработица, и он не смог найти себе работу. И в детском саду меня лишили места, потому что вышла на работу женщина, вместо которой я работала. Мне предоставили 1/3 ставки. Всего лишь!
И начались чёрные дни в нашей жизни, которые сложились в два долгих и страшных года. Невозможно вспоминать о них спокойно и без содрогания. Эти два года муж не работал. Дети выросли: сын Андрей закончил 9 классов и поступил в училище, дочь Мария в 4-ом классе — и надо было их кормить и одевать. Дети изо дня в день недоедали. Я потеряла покой и сон, потому что не могла смотреть в их голодные глаза. Дети ложились и вставали со словами: «Мама, я есть хочу». А я не могла даже обеспечить их куском хлеба на каждый день. Я крутилась, как могла. Мама к тому времени умерла, а у сестры своя семья, хотя она и помогала по мере возможности.
От всех трудностей я стала по-другому смотреть на жизнь. Друзья меня не понимали и оставили. Я осталась одна со своими трудностями и взглядами…
По призванию я — художник. Люблю роспись по дереву. И если раньше я расписывала деревянные изделия «для души», дарила друзьям и знакомым, то теперь пришлось на этом зарабатывать. Но этот заработок был мизерным и нестабильным. И мы всей семьёй голодали. Я видела, как отощали мои дети, как ввалились их глазёнки, как они обессилели. И я рыдала от отчаянья. И не находила выхода.
И тут подкралась ко мне грешная мысль о самоубийстве, хотя я всегда не понимала людей, которые это делали. Эта мысль всё навязчивей цеплялась за меня. И я уже не спала ночей.
Единственной радостью было получение комнаты в общежитии, которую мы ждали 5 лет!
И когда чаша наших бедствий переполнилась, на горизонте забрезжил ещё неясный, но видимый свет. Однажды к нам пришла женщина, которую я знала поверхностно. Это была сестра Надя. Она спросила о нашей жизни, о достатке, о детях, о работе и ушла. Мы с удивлением переглянулись. Мы ещё не знали, что в её лице залетал к нам добрый Ангел.
А потом к нам приходили совершенно незнакомые люди и приносили продукты, каких мы не ели два года! Мы не переставали удивляться. Благодарность переполняла наши сердца. Сестра Надя пригласила меня в церковь христиан-баптистов. И я пошла.
В первый раз на собрании я смотрела на всех и на всё полными удивления глазами. Я, затаив дыхание, слушала проповеди и молитвы, не веря своим ушам. И видела искренние чувства на лицах окружающих, тепло в их словах. Я была просто шокирована той любовью, с какой меня приняли незнакомые люди. В душе, окаменевшей от горя, проснулось что-то тёплое. Я поняла, что я искала именно их, этих замечательных, отзывчивых людей. Я оттаивала душой и ходила с радостью на собрания. Помню, как плакала, когда впервые услыхала псалом «В багрянице стоишь ты…». Петь не могла, так как рыдания прерывали голос. Я видела распятого Христа, его муки, и моё сердце разрывалось на части…
Прошло три месяца. Я прочитала Новый Завет и другую литературу и стала задумываться о покаянии. Однажды с утра эта мысль не давала мне покоя. Она подталкивала меня, но я робела. А на вечернем собрании меня подняло невидимой волной, и я оказалась лицом к лицу с братьями и сёстрами. Я покаялась. Слёзы лились из глаз. Братья и сёстры плакали со мной и молились за спасение моей души…
С этого дня в моей душе поселились тёплые чувства — любовь, спокойствие, радость. Господь помогает мне во всём. А в трудностях уповаю на милость и помощь Божию. Я так благодарна Богу за то, что он вошёл в мою жизнь, дал радость и спасение, помог избавиться от грехов и стать на верный путь. Летом я буду принимать крещение.
Дорогие друзья, я призываю тех, кто еще не пришел к Богу, сойти с широкой и просторной дороги и ступить на тернистую и узкую тропу Божью. Ее не надо бояться, потому что это тропа любви, света и радости. Не надо бояться Библии, этой непонятной, на первый взгляд, книги. Она несет людям прежде всего любовь и всё самое чистое, светлое, что должно быть присуще человеку и что он слепо гонит от себя. Поверьте, вы обретете душевный покой, устойчивость и радость.
Да пребудет со всеми нами Отец, Сын и Дух Святой. Аминь.

 

Перепелицына Татьяна