Ему имя — Чудный!

Событие, которое произошло в Донецком христианском университете в субботнюю ночь с шестого на седьмое ноября 1998 года, без сомнения, на всю оставшуюся жизнь оставит незабываемый след в памяти всех обитателей этого маленького уютного христианского “городка”, раскинувшегося посреди грушевого сада на границе Донецка и Макеевки. Впрочем, это происшествие в который раз доказало нам, христианам, какого Чудного Бога мы имеем и называем своим Отцом и насколько преимущественным является наше положение как Его детей.

Но начнём по  порядку. Тому, кто учился в каком-либо учебном заведении, наверняка известно, что значит суббота для студента. Прежде всего, это первый, а для студентов христианского университета, единственный выходной день.

В одной из комнат, где происходило оживлённое общение, вся компания с нетерпением ждала брата, отправившегося за своим фотоальбомом. Прошло уже довольно много времени, а брат всё не возвращался. Друзья недоумевали, как вдруг дверь комнаты распахнулась и появившаяся на пороге сестра-студентка с бледным, насмерть перепуганным лицом выпалила: “Скорее идите в холл! Дочка Марии упала с третьего этажа, и все сейчас собираются для молитвы!” Эта новость настолько ошеломила сидевших за столом, что на несколько секунд все застыли, лишившись речи. Перед глазами промелькнула жуткая картина: девочка падает из окна третьего этажа прямо на выложенный плиткой тротуар перед общежитием. Стоп! Мозг начинает работать с лихорадочной быстротой: как Мадина могла выпасть из окна, если окон никто не открывает в это время, тем более, на улице такой холод?! Или она упала с балкона? Подобные мысли стремительно проносятся в мозгу, пока все, спотыкаясь и опрокидывая стулья, бегут в уютный холл второго этажа. Здесь уже собралось человек тридцать студентов всех курсов ДХУ, подходили ещё. Всего около сорока братьев и сестер, встревоженных, необыкновенно серьезных и сосредоточенных, собралось вместе в 22.30 в холле общежития. Те, которые хоть что-либо знали о происшедшем, кратко поведали собравшимся печальную историю. Мадина, по-видимому, решила прокатиться по перилам лестницы с третьего этажа и, не удержавшись, сорвалась вниз прямо на лестничный марш второго этажа общежития. Звучит жутко. Самого падения никто не видел. Мать обнаружила свою дочку лежащей в глубоком беспамятстве на бетонных ступеньках. Машина “скорой помощи” увезла девочку, её мать и   студенческого декана ДХУ Нелли Виссарионовну в холодную ночь. Часа через два мы узнали детали. Мадину увезли  в бессознательном состоянии. В машине она пришла в себя, но ничего не помнила. Зрачки были расширены, щеку покрывал  кровоподтек, глаз заплыл и был багровым от лопнувших сосудов.  В областной детской больнице, куда вначале привезли пострадавшую, её состояние признали критическим, предполагая тяжелую черепно-мозговую травму с возможным осложнением в виде  отека мозга, трещины в черепной коробке,  повреждение внутренних органов. Врачи вынесли решение: везите в нейрохирургию, так как, если диагноз подтвердится, необходимо будет немедленное оперативное вмешательство.

“Скорая”  направилась по безлюдным улицам города в нейрохирургическое отделение Донецкой областной больницы.

Можно только представить, что переживали в эти минуты две почти отчаявшиеся женщины, сопровождавшие Мадину в том страшном «путешествии». Однако был ещё Кто-то, Кто видел всё, Кто мог во мгновение ока вмешаться в стремительный бег происходящих событий и всё изменить по Своей, только Ему одному ведомой воле. И что ещё оставалось делать этим двум, охваченным скорбью и отчаянием от собственного бессилия, людям, как только воззвать к Тому, в Чьей руке жизнь и смерть всего существующего?

Итак, было 22.30. Студенты, собравшиеся в холле общежития, абсолютно ничего не знали о состоянии увезенной “скорой помощью” Мадины, но они знали, что Сотворивший её силен творить чудеса. Поэтому все сорок человек одними устами, одним сердцем, одною душою молили Небесного Отца о милости для Мадины и её матери. Плакали сестры, подавленно стояли братья, а впрочем, не было никакого различия между ними. Ведь здесь, у ног своего Отца, собралась одна большая семья, двое из членов которой сейчас переживали боль и страдания, и вся семья страдала вместе с ними, переживая их боль, как свою собственную.

“О Отец, сохрани Мадину, укрепи Марию!”  — это был стук каждого сердца, крик каждой души.

Многие из стоявших здесь почувствовали укор совести за то, что не уделили девочке достаточно внимания. “А если бы я пригласил (пригласила) Мадинку к себе в комнату, может, ничего этого  и не случилось бы? Прости, Господь!” Стояли в слезах и те, в ком бойкая уверенность и непосредственность, а  порой и открытая дерзость Мадины вызывали негодование и протест. Всё как-то забылось в этот момент, унеслось, как шелуха, развеваемая ветром, стали незначительными все прежние обиды перед страшной мыслью, что это дитя — сама жизнерадостность и энергия  — может умереть или остаться калекой. Думая о вероятности такого исхода, взывали ещё громче, ещё усерднее взывали к Богу…. и были услышаны.

Эта ночь для многих стала тревожной ночью молитвенного бдения, несмолкаемого вопля к Господу о милости. Решили собираться для молитвы через каждый час, брались за руки, плакали. Некоторые так и не ложились в постель да самого утра. Странно, всего несколько часов назад каждый сидел в своем уютном мирке один или в кругу друзей и его абсолютно не интересовали окружающие, как вдруг произошедшее нечто — общее горе — всколыхнуло, объединило, сблизило всех, даже самых далеких, в одно целое. Удивительные вещи может творить наш Бог!

Дальше события начали развиваться со стремительной быстротой.

В 24.30 приехала Нелли Виссарионовна, сообщившая довольно утешительные новости о том, что Мадина пришла в себя, все кости целы, череп и позвоночник в порядке. Диагноз: сильное сотрясение мозга, и пока неизвестно, есть ли повреждения внутренних органов. Но в целом, самое страшное, чего опасались, не подтвердилось. Мадина жива, и, похоже, её жизни не угрожает смертельная опасность. Это была замечательная новость! Конечно, окончательные результаты обследования будут известны только к утру, но уже тогда все мы получили маленькое свидетельство о чуде, совершенном Господом. Это свидетельство было первым, но, отнюдь, не последним. Утром стало известно о том, что с Мадиной всё в порядке. Сошел даже кровоподтек, не было ни одной царапины и ссадины, отекшие щека и глаз полностью вернулись в нормальное состояние.

Явное улучшение состояния девочки, по свидетельству Нелли Виссарионовны, начало наблюдаться около 23.30 — это как раз то время, когда студенты в ДХУ во второй раз собрались для совместной молитвы. Врачи разводили руками: “Невероятно! Всё-таки есть чудеса на свете!” Сама Нелли Виссарионовна и мать Мадины не могли поверить в такой исход, вспоминая страшный диагноз, поставленный докторами в первой больнице, и  учитывая то, с какой высоты упала Мадина на бетонные ступеньки лестничного марша. Это было явное доказательство чудесной любви и милости Божией.

Уже в понедельник вечером Мария с Мадиной были дома в своей комнате, в общежитии ДХУ. Конечно, девочке предстоит ещё пару недель восстановления и постельного режима, но нельзя отрицать того факта, что ребенок почти здоров и полон жизненной энергии.

Господь творит чудеса, Его рука не сократилась, чтобы миловать Своих детей и в то же время дисциплинировать их, преподавать порой болезненные уроки для воспитания и усовершенствования Своего народа, делая Своих детей ещё более похожими на Себя, способными увидеть чужое горе и, забыв о себе, единодушно прийти на помощь своему ближнему.

 

Воистину, имя Его — Чудный. Слава нашему Господу вовек!

 

Лариса Полукарова